О жителях деревни Ряполово в 1898 году – Подворные обследования селения Ряполово Морозовской волости Дмитровского уезда

Известно, что многие интересные архивные документы до сих пор не оцифрованы, а “диванные генеалогические исследования“, коих придерживается автор, сильно ограничены этим обстоятельством. Случайно попалась запись о наличии в Центральном государственном архиве города Москвы дела, содержащего сведения о жителях деревни Ряполово в 1898 г [1]. (Искать это дело следует через учетную запись в Читальном зале на сайте cgamos.ru. Зарегистрировавшись в Читальном зале онлайн, можно заказать это дело для выдачи в читальном зале). Дело озаглавлено как “Подворные обследования селения Ряполово Морозовской волости Дмитровского уезда“

Предполагалось, что данная перепись будет содержать некоторую статистическую информацию, и была надежда, что кроме сухих цифр будут еще какие-то интересные сведения. На деле оказалось, что перепись содержит достаточно много информации и дает представление о жизни как всей деревни, так и отдельных хозяйств. Документ представляет своего рода перепись, состоящую из отдельных карточек, каждая из которых заводилась на отдельный двор (семью). Всего упомянутое дело содержит 65 карточек для 63 дворов (1 карточка была заведена по ошибке, а другая представляет продолжение одной из предыдущих). На Рис. 1 приведена одна из карточек, на примере которой будет удобно показать, какая информация была записана для каждой из семей.

Как видно из рисунка, каждое домохозяйство имело номер. В данном случае это двор №1. Чуть ниже обозначен “№ списка”. Автор затрудняется точно определить, что это за номер. Есть лишь догадка о том, что это номер из предыдущей переписи населения, под которым шел данный двор. В данном случае в предыдущий раз его записали так же под номером 1. Далее следует имя главы семьи/двора, которым, как правило, был самый старший мужчина в семье. Хотя в некоторых случаях писали и старшую женщину, если не было взрослых мужчин, или семья состояла из женщин. Главой двора №1 был Петр Григорьев[ич] Уколов. Автор застал некоторых потомков этой семьи.

Далее в карточке следуют графы, название которых читатель может прочесть самостоятельно, а заполненные строчки приведены ниже:

1. Хоз[яин] м[ужской] 64 [лет] ж[енат] общ[ина] дома н[еграмотный] больной ногами мот[альщик] бум[аги] Д[ома]
2. Жена ж[енский] 65 [лет] з[амужем] н[еграмотная] т[оже] т[оже]
3. Внук м[ужской] 25 [лет] ж[енат] н[еграмотный] извоз
4. Внучка родствен. д[евица] 20 [лет] з[амужем] ткачиха Д[ома]

Вопросы в расшифровке и интерпретации данных возникают сразу же. Автор попробует представить свое видение, основываясь на здравом смысле, сопоставляя информацию из других карточек. Так, стоит отметить, что в карточках указывалось только имя главы/хозяина, другие перечислялись безыменно. Для членов семьи указывалась роль/статус относительно главы дома: жена, сын, дочь, внук, внучка, племянник и др. Далее указывался пол и возраст. Как видно, возраст исправлен в большинстве случаев, что говорит о том, что это повторная перепись или через два года были сделаны какие-то уточнения. Место приписки – это по-современному место регистрации, а значение “общ.“ указывает на “общество“ или “общину“ (сельскую, деревенскую). “Обычное место жительст.“ – фактический адрес проживания – дома. В данной переписи в “Примечаниях“ указывалась грамотность жителей деревни: “н“ – неграмотный; “гр“ – грамотный; “уч“ – учится.

Далее указывалась информация о роде деятельности. Как видно, в данном доме все продавали свой труд: глава семьи занимался мотанием бумаги (возможно, имеется в виду хлопчатобумажная нить) для расположенной неподалеку Вознесенской мануфактуры. Здесь и во многих других карточках местом работы указывалось “Д.“ Трудно придумать иной вариант, кроме “Дома“, т.к. это самый очевидный и легко считываемый вариант. На это же указывает и дополнение о хозяине дома – “больной ногами“. Едва ли тяжелая болезнь ног, о которой делали дополнительную запись в карточке, позволила бы старику ходить куда-то на работу. Подобные дополнения о здоровье встречаются и в других карточках и очень сильно помогают в воссоздании полного облика предков и родственников тем, кто занимается генеалогическими исследованиями.

Жена хозяина дома была старше на год, была безграмотной и жила, конечно же, там же. И занималась, по всей видимости, тем же, так как “т.“ трудно расшифровать иначе, чем “то же” или “там же”.

Был внук 25-ти лет, неграмотный, занимался извозом, т.е. возил на телеге скорее всего какие-то грузы. Пометка о месте работы трудно расшифровывается, однако, единственное, что подходит по смыслу и по буквам – это “Округ“, т.е. в округе. И еще была какая-то родственница, которая первоначально была записана внучкой. Пол по смыслу – женский, но буква больше похожа на ”д”, что могло обозначать “девица“. Однако, девицами раньше называли незамужних девушек и женщин, а в графе семейного положения значится “з“ – замужем. Работала ткачихой на дому.

Также в карточке фиксировалось хозяйство семьи: наличие и количество домашних животных (лошади, коровы, овцы, свиньи), постройки (дом, сарай и т.п.), наличие работников, сдается ли что-либо в наем. В правом нижнем углу отображалось, если автор правильно разобрался, наличие и тип пахотного орудия (плуг или соха). В данной карточке буква “С“ свидетельствует о наличии в семье сохи.

На оборотной стороне карточки представлены сведения об экономическом состоянии хозяйства: владении землей, аренде и условиях землепользования (Рис. 2).

Как видно, присутствует информация о том, сдает ли в аренду землю крестьянин, сколько посеяно зерновых и сколько собрано, какой сад. Например, в этом хозяйстве Уколовых есть две яблони, огород – 3/5 (возможно речь о занимаемой доли). Землей владеют “издавна“. Единицы измерения площади, скорее всего, десятины.

В общем и целом отображенные данные впечатляют подробностями экономической составляющей этой переписи населения. Собранные таким образом данные могли быть подытожены по регионам, и с этой статистикой можно было более точно планировать крупные мероприятия, например, военные действия, которые потребовали бы и продовольствия, и фуража, и других запасов.

Далее имеет смысл привести выписанные из карточек данные. Список отсортирован по номеру двора. Многие фамилии упоминались в одной из предыдущих заметок. Помимо имени главы семьи в таблице содержится информация об общем количестве людей в семье (можно допустить погрешность ~5 человек, т.к. в некоторых случаях записи в карточках исправлялись), сколько из них грамотных, а также информация о домашнем скоте. При этом в карточках идет разбивка количества домашних животных на зимний и летний сезоны. Автор взял на себя смелость взять наибольшую численность животных для каждого из хозяйств (за редким исключением, как правило, численность не менялась).

№ двора	Хозяин	Возраст	Кол-во людей	Грамотные	Лошадей	Коров	Овец	Свиней	Пахотное орудие
1	Петр Григорьев Уколов	64	4	0	2	2	–	2	сох.
2	Кузьма Прохоров Тихонов	27	7	0	–	1	2	–	–
3	Иван Михайлов Милянов (Милягин)	69	7	2	2	2	3	–	пл.
4	Илья Андреев Тихонов	41	3	0	2	2	1	1	сох.
5	Василий Семенов Козлов	17	5	4	–	–	–	–	–
6	Семен Петров Качурин	60	2	0	1	2	2	–	сох.
7	Василий Григорьев Дубов (Дубинин)	34	5	3	1	1	2	–	сох.
8	Иван Петров Шапкин	52	4	1	2	2	2	–	пл.
9	Федор Михайлов Гущин	53	11	5	2	3	4	–	сох.
10	Иван Михайлов Гущин	51	5	2	4	3	3	–	пл.
11	Василий Николаев Шитенков	19	4	0	–	–	–	–	–
12	Матвей Петров	65	6	1	3	2	2	–	сох.
13	Никифор Прохоров Подуваев	66	17	2	5	5	5	–	2 пл.
14	Антон Кондратьев Шитенков	56	8	3	4	2	3	–	пл.
15	Василий Иванов Цыганов	56	5	1	1	–	2	–	сох.
16	Федор Михайлов Векшин	46	4	2	1	–	2	–	–
17	Василий Васильев Закатов	52	4	0	1	1	2	–	сох.
18	Степан Васильев Закатов	49	6	0	–	1	–	–	–
19	Иван Марков Шефов	44	8	0	2	1	2	–	сох.
20	Михаил Николаев Поликарпов	50	8	3	2	2	2	–	пл.
21	Николай Антонов Поликарпов	78	10	7	1	1	–	–	пл.
22	Петр Петров Качурин	59	7	0	1	2	2	–	сох.
23	Иван Кондратьев Ермаков	58	7	2	3	3	3	–	пл.
24	Василий Кондратьев Ермаков	51	7	0	1	–	2	–	сох.
25	Василий Васильев Золотов	32	2	1	2	2	2	–	сох.
26	Тимофей Иванов Цапаркин	65	3	0	1	2	–	–	пл.
27	Василий Иванов Шеренков	50	4	0	–	–	–	–	–
28	Иван Алексеев Морозов	60	2	1	1	2	–	–	пл.
29	Иван Егоров Бушуев	27	3	1	1	1	–	–	сох.
30	Иван Николаев Комаров	46	9	4	1	1	3	–	сох.
31	Андрей Алексеев Новиков	47	2	0	1	–	1	–	сох.
32	Екатерина Матвеева Рузакова	52	5	0	–	–	–	–	–
33	Дарья Яковлева Шаренкова	57	1	0	–	–	–	–	–
35	Иван Тимофеев Пеганихин (Пеганов)	34	6	0	1	–	2	–	сох.
36	Василий Федоров Гаврилов	41	5	0	1	2	2	–	сох.
37	Екатерина Иванова Шаренкова	58	4	1	–	–	–	–	–
38	Авдотья Николаева Самойлова	52	2	0	–	–	–	–	–
39	Семен Зиновьев Зинин	57	3	0	–	–	–	–	–
41	Василий Тимофеев Завьялов	47	9	2	2	2	1	–	пл.
42	Иван Петров Качурин	50	8	1	2	2	3	–	сох.
43	Никита Сергеев Галкин	6	4	0	0	1	2	–	–
44	Павел Степанов Круглов	67	8	1	2	2	2	–	пл.
45	Тимофей Михайлов Векшин	27	5	2	2	1	2	–	пл.
46	Иван Степанов Рулин	59	8	4	1	1	–	–	сох.
47	Николай Иванов Щепаков	33	6	2	2	2	–	1	сох.
48	Герасим Петров Качурин	66	6	2	–	1	–	–	–
49	Александр Федоров Заводский (Заводсков)	56	6	1	2	1	3	–	сох.
50	Александр Федоров Мошаров	26	6	0	1	1	3	–	пл.
51	Иван Герасимов Мошаров	60	8	5	1	1	–	–	сох.
52	Василий Иванов Механников	48	3	1	2	1	–	–	сох.
53	Илья Севастьянов	71	8	3	3	2	3	–	сох.
54	Иван Федоров Заводский	58	7	0	1	2	3	–	сох.
55	Семен Григорьев Юдин	44	11	4	1	2	1	–	сох.
57	Петрв Васильев Шитенков	66	7	0	1	2	2	–	сох.
58	Михаил Васильев Шитенков	59	4	0	2	3	2	1	пл.
59	Иван Иванов Степанов	47	2	0	–	1	–	–	сох.
60	Иван Иванов Талатов (Талаткин)	69	12	2	3	2	2	–	сох.
62	Василий Алексеев Мазохин	50	4	0	–	–	–	–	–
63	Кузьма Никитин Бодров	72	11	2	4	4	4	–	пл.
64	Егор Тихонов Гусаров	37	9	1	1	1	2	–	сох.
65	Григорий Михайлов Рулин	69	13	1	3	3	3	–	сох.
66	Федор Ильин Тихонов	24	4	1	1	1	–	–	сох.
73	Матвей Родионов Севастьянов	55	3	1	–	1	–	–	–

Что касается ряпловских фамилий, то следует упомянуть их трансформацию. В таблице приведены фамилии в том написании, которое зафиксировано в карточках, а в скобках указаны более современные варианты написания тех фамилий. Так, Дубовы стали Дубиниными, Заводские – Заводсковыми, Миляновы – Милягиными, Пеганихины – Пегановыми, Талатовы – Талаткиными. Рассматривая приведенные фамилии, также следует помнить о том, что некоторые фамилии вышедшие из Ряплова “скрыты“ за фамилией главы семейства, т.к. некоторые фамилии стали появляться лишь в конце 19 века, например, по прозвищу крестьянина. Таким образом оказывалось, что в одной семье были распространены и равнозначны 2-3 разных фамилии. Так, один и тот же крестьянин мог записываться под разными фамилиями даже в метрических книгах, не говоря уже о документах, принадлежащих разным организациям.

Одним из выделяющихся из списка дворов является двор №43, где хозяином записан 6-летний мальчик. Сперва в карточке был записан хозяином его дед – Григорий Васильевич Галкин, который умер в 1897 г. Его сын – Сергей Григорьевич Галкин – умер в возрасте 24 лет годом ранее в 1896 г. Поэтому в 1898 г хозяином был записан 6-летний внук – Никита Сергеевич Галкин. Остальные члены семьи были женщины.

На Рис. 3 приведена инфографика для статистических данных о деревне Ряполово согласно данным Подворных обследований селения Ряполово Морозовской волости Дмитровского уезда 1898 г. Как говорилось ранее, на 1898 г в деревне было 63 двора, включающих 377 жителей, в том числе детей детей. Чтобы понять, много это или мало, можно сравнить с численностью населения соседнего села Петровского, которая в среднем в тот период составляла примерно 1000 человек. Правда, именно в конце 19 века численность села Петровское была 452 человека [2].

Но и сказать, что деревня была маленькой тоже невозможно. Грамотных среди жителей было 22%, что примерно соответствует уровню грамотности среди деревенских крестьян Московской губернии того времени. В основном грамотными были люди молодого возраста: учащиеся или до 40 лет. Среди стариков грамотных было всего несколько человек. Уместно будет привести пример (Рис. 4).

На Рис. 4 представлена карточка двора №65 во главе с Григорием Михайловичем Рулиным. Среди 13 человек (карточка имеет продолжение, о чем сделана пометка синим) грамотным является только один, и тот – это сам глава 69-летний Григорий Михайлович. Немного странным выглядит то, что пожилой человек не научил грамоте ни сыновей, ни внуков. Как следствие, молодежь занимается неквалифицированным трудом. Семья большая с несколькими поколениями. В основном, род деятельности сводится к ткачеству и извозу. Работают либо дома, либо на Вознесенской бумажно-прядильной мануфактуре, которая располагалась недалеко от Путилово. Однако, например, сын 26-ти лет (строка №5) работает чернорабочим в Богородском уезде. Буква “ф“ обозначает скорее всего фабрику, и можно предположить, что он работал в соседнем селе Петровское, которое находится в противоположной стороне приблизительно на том же расстоянии, что и Муромцево, но относилось к Богородскому уезду, а не Дмитровскому, как Ряполово. В Петровском тоже были бумаго-ткацкие фабрики. Кстати, именно принадлежность к Дмитровскому уезду сделало Ряполово относящимся к приходу церкви в Муромцево, а не в Петровском. Григорий Михайлович занимался извозом или по хозяйству, что, по всей видимости, было равнозначно домоседству и занятием домашними делами. Один из его внуков был глухонемым, о чем сделана соответствующая отметка на строке №9. У семьи Рулиных была одна жилая изба из бревен с соломенной крышей, о чем указывают пометки “Мат. ст. – бр“ и “Кр. – с“ в правой части.

Возвращаясь к общей статистике, отметим, что основными “продуктовыми“ животными были коровы и овцы. Свиней же на всю деревню насчитывалось всего лишь пять штук. Возможно, это связано с экономическими показателями свиней того времени, которые предполагали долгий откорм, а на выходе мясо не компенсировало всех затрат. А, может, дело было в традициях староверов, которые избегали употребления свиней в пищу [3]. Хорошо известно, что Ряполово относилось к деревням, где среди крестьян упорно сохранялись раскольнические традиции, о чем свидетельствуют многочисленные пометки в метрических книгах, например, о смерти крестьянина (“умер без покаяния“) или при крещении младенца, родители которого решили приобщить к традиционной церкви, делалась пометка об их раскольничестве.

Коровы и овцы – это и мясо, и молочные продукты, а также шерсть, из которой можно было бы сделать хотя бы валенки. В статистику по скоту не включены телята (отмечавшиеся отдельно), которых было 6 голов на всю деревню, а также быки, которых было два на деревню. При этом интересно отметить, что один бык был у Ермакова (см. двор №24), у которого не было коров. Возможно, востребованность услуг быка обеспечивала семью Ермаковых молочными продуктами вдоволь. Другой бык, содержащийся у Пеганова (см. двор №35), был отмечен в карточке как общественный. Коров в том дворе также не зарегистрировано. В некоторых случаях в карточках указано, были ли животные куплены, и в таком случае указывалась покупная цена. Так, например, Иван Петрович Шапкин (двор №8) купил лошадь за “40 р.”, а корову за 30 руб. Но цены животных были разными. Иван Кондратьевич Ермаков (двор №23) купил лошадей за 75 и 30 руб., а корову – за 27 руб. Другой житель, Петр Васильевич Шитенков (двор №57), купил лошадь 14 руб. Была ли это хорошая скидка на распродаже, или лошадка была с большим пробегом, остается только догадываться. А его брат Михаил Васильевич Шитенков (двор №58) купил лошадь за 55 руб.

Возвращаясь к занятиям крестьян, можно заключить, что в основном крестьяне имели какую-то деятельность не связанную напрямую с подсобным хозяйством. Часто встречаются отметки у мужских лиц о занятии извозом, т.е. скорее всего речь идет о перевозке грузов. А также почти каждая семья имела кого-либо, работающего на Вознесенской мануфактуре: ткач/ткачиха, прядильщик, мотальщик бумаги, шпули (такая отметка была у девочки 13 или 14 лет, которая по всей видимости наматывала шпули для ткацких станков или что-то подобное), сновальщик, служащий, кочегар. Часто упоминались чернорабочие. А также встречались и такие занятия: по хозяйству, учится, с-хоз рабочий, монашка, кухарка, слесарь, горничная, артельщик. При этом последние три места работы находились в Москве, что скорее всего говорило о том, что и проживали они тоже в Москве. Среди других населенных пунктов встречались следующие: с. Петровское, Богородский уезд, Пушкино, Киржач.

У кого-то значилось: “стара, не работает“. Но таких было мало, и речь шла о людях старше 75 лет. Кстати, одиноких женщин так и записывали – “бобылка“. Например, на Рис. 5 приведена карточка для двора №37, где в качестве хозяйки указана Екатерина Ивановна Шаренкова.

Состав семьи: хозяйка Е.И. Шаренкова, две дочери и внук. При этом обе дочери незамужние: у первой буква исправлена на “б“, что означает бобылка (возможно, в силу возраста), а у другой статус “д“, что означает “девица“, т.е. незамужняя. Пусть вас не смущает написание букв “б“ и “д“, достаточно сориентироваться по другим словам в карточке, например, по словам: “общ.“ и “дома“. Внуку 9 лет, холост. Все заняты в текстильной промышленности (кто дома, а кто на фабрике). А далее идет большая надпись, относящаяся, по всей видимости, к хозяйке: “беззем. бобылка“ – “безземельная бобылка“. Пожилой женщине и ее дочерям трудно работать на земле, а внук еще мал. Поэтому жили на деньги, заработанные на фабрике.

Были и такие кто, насколько следует из записей, держал мелочную лавку. Так, например, Кузьма Никитин Бодров (двор №63) имел мелочную лавку, в которой мог что-то привезенное из города перепродавать для нужд соседей. Также другим его занятием было: “прод. уголь“, что трудно расшифровать иначе как “продает уголь“. Трудно сказать, что за уголь (каменный или древесный), и где он его брал. Древесный уголь сделать немудрено, ограничив поступление кислорода при высокотемпературной обработке дерева. Однако, в архивах сохранились какие-то разбирательства (которые автор еще не рассматривал) относительно ряпловских крестьян о незаконных вырубках в окрестностях Ряполова. Поэтому можно предположить, что жители Ряполова были ограничены в лесопользовании и не могли просто так рубить деревья в промышленных масштабах. Однако, если внимательно посмотреть другие карточки, то можно найти интересное совпадение. На Рис. 6 представлена карточка семьи Подуваевых.

Из рисунка видно, что некоторые мужчины из этой семьи работали углежогами. Хотя написано не совсем разборчиво, но такая профессия действительно была [4]. Сразу три поколения в лице хозяина двора Никифора Прохоровича Подуваева (66 лет), двух сыновей (39 и 44 года) и двух внуков (18 и 15 лет) работали по 7 месяцев близ Киржача (Владимирская обл.) углежогами. Кто же такие углежоги? Это те, кто следит за процессом пиролиза древесины, в результате которого от деревяшки остается уголь. Процесс пиролиза, т.е. термообработки без доступа кислорода, приводит к сохранению углеродного остатка (в виде угля) от термического разложения древесины. Помимо углеродного остатка (угля) выделяется и жидкая фракция, известная как деготь. Для его сбора под кучей дров выкапывали ямку, куда ставили резервуар для сбора дегтя, вытекающего из дров сверху. Но и сами дрова тоже пиролизовали в земляных ямах. По всей видимости, был лишь общий рецепт/принцип получения угля, но не было записанной технологии как таковой (т.е. некоторой последовательности действий, в результате которой получался бы воспроизводимый продукт). А, может, было очень много нюансов, из-за которых запись подобной технологии не имела смысла. Например, так как процесс шел на улице, на него влияла погода (осадки, ветер), влажность почвы, тип и влажность древесины. Поэтому на углежогах была большая ответственность, чтобы не загубить партию, и получить хороший (горючий) уголь. И старшие углежоги делились секретами и важностью мелких нюансов с младшими. А зачем этим делиться с чужими, если можно со своими? Поэтому, по всей видимости, зачастую это было семейной традицией и ремеслом.

Мог ли Кузьма Никитич Бодров продавать уголь, получаемый от Никифора Прохоровича Подуваева, который в свою очередь мог выкупать его по “заводской“ цене? Конечно, тем более, что они были сватами! Сын Кузьмы Никитича, Никита Кузьмич Бодров, был зятем Никифора Прохоровича Подуваева. Это родство и могло способствовать дистрибьюции угля в деревне и окрестностях. Эта версия хорошо объясняет относительно необычное занятие К.Н. Бодрова по продаже угля. А вот еще одна версия в рамках исторического расследования: а не является ли фамилия “Подуваевы“ отголоском профессиональной деятельности? Быть может, они раздували огонь над укрытой землей партией древесины, а соседи так их и прозвали?

Двор Подуваевых самый крупный в деревне, имеющий самое крепкое хозяйство в виде большого количества домашнего скота. Однако, не стоит думать, что это был самый богатый двор и самая многочисленная семья. Дело в том, что другие семьи были разделены на два и более двора, а Подуваевых объединили в один двор, что могло быть связано с близким расположением домов, которых, в свою очередь, у Подуваевых было два.

Автору не очень хотелось бы углубляться в рамках данной статьи в персоналии и описывать каждую семью, а хотелось больше привести статистические данные и показать некоторые интересные и необычные моменты. К таким можно отнести такую профессию как “хожалый“. На Рис. 7 представлена карточка для Ивана Герасимовича Мошарова (двор №51).

Видно, что на строке 12 значится сын хозяина дома, 26 лет, грамотный. И является он хожалым на фабрике в Богородском уезде. Хожалый – это рассыльный, который носил бумаги [5]. Наверно, он занимался отсылкой и доставкой документов при фабрике. К сожалению, как и во многих других карточках, здесь есть несколько непонятных записей, которые расшифровать автору не под силу. Поэтому пусть они останутся без комментариев. Возможно, сам глава семьи занимался тем, что возил дрова, но это неточно. А вот вполне очевидно, что помимо ткачих в их семье была внучка, которая работала нянькой.

Закончить статью хотелось бы, как показалось автору, забавным моментом в этой переписи. На Рис. 8 представлена загадочная карточка несуществующего двора.

Карточка была заведена на двор №74 (при том, что дворов в деревне было несколько меньше, хотя и присутствует двор №73) во главе с неким Николаем Васильевичем Шеренковым. Несмотря на то, что такая фамилия встречается в метрических книгах, относящихся к Ряполово, однако именно в таком сочетании ФИО действительно никто не находится. Забавным выглядит несколько перечеркиваний в карточке и отчаянная размашистая надпись “Никто не знает такого“. Откуда взялась такая карточка – загадка. Возможно, была заведена по ошибке. Но представляется картина, как шибко нервничает госслужащий, приехавший в незнакомую деревню. Ему нужно как можно скорее переписать всех крестьян, которые норовят лишнее что-нибудь рассказать. И вот он видит: карточка есть, а человека – нет. И никто его не знает!

1. ЦГА Москвы, ф.184 о.10 д.2539, Подворные обследования селения Ряполово Морозовской волости Дмитровского уезда. https://cgamos.ru/fondi_i_opisi/184/35615/
2. Статья в Википедии о селе Петровское
3. Пищевые запреты российских крестьян конца 19 века
4. Углежоги
5. Хожалый